Школа счастья. Центр саморазвития.

Эмирудин Арози, который происходил из семьи, хорошо известной своей приверженностью прогрессу, встретил мудреца и сказал ему:
— Мы с женой в течение многих лет пытались идти по пути дервишей. Понимая, что знаем меньше многих, мы долгое время удовлетворялись тем, что тратили наше богатство во имя истины. Мы следовали за людьми, в порядочности которых теперь сомневаемся. Мы горюем не о том, что потратили деньги на неэффективные коммерческие предприятия во имя якобы Великой Задачи. Мы горюем о потраченном времени и о тех людях, которые все еще находятся в рабском подчинении заблуждающимся и много о себе мнящим учителям, лжесуфиям, создавшим вокруг себя совершенно ненормальную атмосферу.
Мудрец, которого традиция именует Кхваджа Ахрар, Господин Свободных, ответил:
— Вы порвали с лжеучителями, но не отвратились от почитания самих себя, которое заставляет вас воображать, что вы несете ответственность за пленников лжи. Многие из этих пленников не выпутались из сетей обмана, поскольку они хотят легкого знания.
— Что нам следует делать? — спросил Эмирудин Арози.
— Приходите ко мне с открытым сердцем и без условий, даже если эти условия — служба человечеству или разумность и осмысленность моих требований, — сказал Мастер. — Потому что освобождение ваших товарищей может быть делом экспертов, но не вашим. Ваша способность даже к тому, чтобы составить мнение обо мне, искалечена. Я, во всяком случае, отказываюсь полагаться на нее.
Боясь, что опять совершают ошибку, Арози и его жена ушли искать другого человека, который бы поддержал их. Тот, как потом оказалось, был просто еще одним лжецом.
Прошли еще годы, и супруги направили свой путь обратно к дому Кхваджи Ахрара.
— Мы пришли в полном смирении, — сказали они привратнику, — чтоб отдать себя в руки Господина Свободных, как если бы мы были трупами в руках обмывателя трупов.
— Добрые люди, — сказал привратник, — ваша решимость кажется отличной и совсем такая же, как решимость тех, кого Господин Свободных принял бы как учеников. Но у вас нет такого шанса — потому что Кхваджа Ахрар мертв.